Почему цифровой детокс не решает проблему перегрузки? Об этом рассказал Михаил Анатольевич Филяев на конференции в МГИМО
Вызовы цифровой среды
17 октября в МГИМО-Одинцово, в рамках Недели ментального здоровья, выступил Михаил Анатольевич Филяев — руководитель Научного центра Псидваноль, автор метода PSY2.0 (ПСИ2.0), Grand PhD в области клинической психологии, PhD в области психологии, действительный член ОППЛ, член ICPM и РПО. В центре выступления был вопрос: как человеку в цифровой среде разобраться в собственных механизмах адаптации? Что его перегружает, откуда берутся дополнительные источники стресса и как управлять не потоком информации, а своей реакцией на него?
Потеря камертона нормальности
Одну из проблем Михаил называет потерей камертона нормальности. Человек сравнивает себя не с людьми рядом, а с лентой социальных сетей, где ориентиром становятся лучшие три секунды чужой жизни. В результате обычную усталость можно принять за симптом заболевания или, наоборот, не заметить, что силы давно на исходе.
«ИИ может думать за студента, но не может почувствовать за него. Тело — первый датчик и индикатор, и его нельзя передать машине».
Цена накопленной усталости
Цифровая усталость выглядит буднично: гудит голова, каменеют плечи, ночью трудно уснуть. А утром человек снова листает ленту, не обращая внимания на свое состояние. Объясняя такую перегрузку, докладчик обращается к концепции аллостаза — приспособления организма к меняющимся условиям. Если уведомления и сообщения воспринимаются как сигналы угрозы, стрессовая реакция может запускаться снова и снова. Когда времени на восстановление не хватает, нагрузка накапливается.
Почему цифровой детокс не решает проблему
Один из важных навыков в цифровой среде — замечать изменения своего состояния до выраженной перегрузки. Михаил Филяев подчеркивает, что недостаточно просто отложить телефон: важно еще и научиться слышать себя. При этом телесную реакцию может вызывать не только реальная опасность, но и ее ожидание. Например, волнение перед выступлением сопровождается вполне реальными ощущениями, хотя непосредственной угрозы жизни нет.
Модель адаптивного сенсорного профиля (ASP)
Для описания таких реакций в докладе представлена модель адаптивного сенсорного профиля (ASP). В ее рамках симптом рассматривается не просто как сбой, а как проявление закрепившейся реакции, которая когда-то помогала человеку справиться с трудной ситуацией. Применительно к цифровой нагрузке автор выделяет четыре составляющие:
  • фазу адаптационного цикла;
  • сенсорные триггеры из имплицитной памяти — прошлого опыта, который влияет на реакции без осознанного воспоминания о нем;
  • интероцептивную осознанность — способность замечать внутренние сигналы тела;
  • возможность изменить привычную реакцию.
Например, звук уведомления может вызывать напряжение, если раньше за ним следовали неприятные новости. В качестве признака изменения реакции автор предлагает отслеживать, исчезает ли телесный отклик при повторной встрече с триггером.
Пятое поколение психосоматики
Профиль складывается из прожитого опыта. Привычный способ справляться с трудностями может сохраняться и проявляться в телесных реакциях, даже когда человек не задумывается об их происхождении. Отсюда ключевая задача, о которой говорит Михаил, — осознанность в конкретном смысле: наблюдать свои состояния, чувства и симптомы, замечать, с чем они связаны.

В авторском представлении о развитии психосоматики это переход к пятому поколению: от работы с отдельным симптомом — к исследованию профиля адаптации, который продолжает формироваться каждый день. Даже слово «мама» у разных людей вызывает разные чувства и телесные отклики.
Пилотное исследование: цифры, факты и ограничения
В докладе также представлены результаты пилотного исследования. В нем участвовали 20 человек от 30 до 50 лет, из них 16 женщин. Все жаловались на информационную перегрузку. Сначала участники в течение 20 минут подвергались цифровой нагрузке, затем сосредотачивались на телесном отклике и проходили один сеанс по протоколу PSY2.0 (ПСИ2.0).

По приведенным данным, показатель психологического стресса по шкале PSM-25 снизился со 101,5 до 69,6 балла — на 31,4%. Улучшение отмечено у 18 из 20 участников. Субъективное напряжение снизилось с 6,8 до 1,35 по десятибалльной шкале. Изменились и описания ощущений: вместо «шума» участники говорили о «собранности», вместо «тисков» — об ощущении «как на подушке».

Эти результаты авторы предлагают рассматривать как предварительные данные в пользу гипотезы, а не как доказательство эффективности метода. Выборка небольшая, контрольной группы нет, оценка проводилась сразу после сеанса, а большинство участников — женщины. Пока это лишь основание для дальнейшего изучения.
Психосоматический интеллект (PSIQ) и алгоритм саморегуляции
Еще одно понятие, представленное в докладе, — психосоматический интеллект (PSIQ). Так автор обозначает навык замечать, называть, понимать и регулировать телесно-эмоциональные состояния, выбирая ответ вместо автоматической реакции. Последовательность простая: заметить — назвать — соотнести с ситуацией — выбрать, как действовать.
«Аватар нового человека» и роль преподавателя
В работе со студентами особое значение приобретают вопросы идентичности, личных границ и способности выдерживать неопределенность. Преподаватель при этом помогает группе сохранять устойчивость и задает общий эмоциональный тон.

Связку модели ASP и навыка PSIQ Михаил называет «аватаром нового человека». Это не отфильтрованная картинка в профиле, а рабочее представление о себе: что помогает восстанавливаться, на что можно опереться и где проходит предел нагрузки. При этом слышать себя — не значит выбирать себя вместо других. Речь о том, чтобы учитывать внутренние ощущения и ценности, а не опираться только на внешние оценки.
Метод PSY2.0 (ПСИ2.0) как эмоциональный камертон
В этом контексте технология PSY2.0 (ПСИ2.0) представлена не только как инструмент психологической работы, но и как «эмоциональный камертон». В цифровой среде, где правда смешивается с вымыслом, а чужие мнения легко заглушают собственные, важно различать: что я действительно чувствую и чего от меня ждут? Внимание к телесным откликам автор предлагает использовать как один из ориентиров в этом поиске.
Внутренние ценности, совесть и граница с медициной
Разговор о человеческих ценностях и ментальных кодах здесь получает практический смысл. Если после часа, проведенного в социальных сетях, человеку трудно назвать свои чувства, это повод остановиться и обратить внимание на состояние. Поэтому докладчик предлагает спрашивать друг друга не только «Сколько ты сидел в телефоне?», но и «Что ты сейчас чувствуешь?».

Здесь Михаил обращается к слову, которое считает несколько устаревшим, но точным, — «совесть». В его трактовке это внутренние ценности и связанный с ними телесный опыт. Предложение «почувствовать свою совесть» — способ задуматься, на что человек опирается, когда внешние ориентиры становятся ненадежными.

Отдельно автор обозначает границу: речь идет о психологической работе и профилактике, а не о замене медицинской помощи. Телесные симптомы требуют обращения к врачу.
Интеграция в университетскую среду и образование
Для университетской среды в докладе предложены три направления: модуль развития психосоматического интеллекта для студентов, подготовка преподавателей к работе с состоянием учащихся и совместные исследования.

В последних предлагается использовать объективные показатели — вариабельность сердечного ритма и уровень кортизола в слюне, — а также повторно оценивать состояние участников спустя время.

Так обсуждение выходит за рамки философии и становится исследовательской задачей: изучать связь психики и физического здоровья, сопоставлять субъективные ощущения с физиологическими показателями и проверять, сохраняются ли изменения. При этом остается важным и повседневный вопрос: как учитывать обратную связь, не позволяя случайным оценкам в сети определять отношение к себе.
Материалы по теме
Михаил Филяев

Гранд-доктор (Grand PhD) в области клинической психологии, PhD в области психологии, автор метода PSY2.0 (ПСИ 2.0), основатель Научного центра Псидваноль, член International College of Psychosomatic Medicine (ICPM), Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги (ОППЛ) и Российского психологического общества (РПО).